?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Вчера сходил на салют (фейерверк) в честь 7 ноября (25 октября?) 1917 года. Хуй знает, как теперь праздник этот называть, то ли днем великой октябрьской революции, то ли праздником примирения и согласия одних пидарасов с другими. Пиротехническое шоу, надо заметить, у нас делать научились очень даже. Я даже поорал децл. От души. И вспомнил социализм, этой Великой, сейчас осуждаемой революцией, нам подаренный.
Думая, как всегда, о ебле, являющейся, по мнению старины Фрейда, единственной мотивацией любого поступка, а также читая о взаимоотношениях людей, знающих друг друга более четверти века, вспомнил про Лешу Казакевича. В школе мы с ним учились вместе, потом стали вместе спортом заниматься. В нашем городке школа гребли на байдарках и каноэ имела высокий статус, интернат спортивный в городе был, в советское время это считалось круто, вот мы этой самой греблей и занимались. Большую часть юнецкого свободного времени посвящали изнурительным тренировкам, совершенствуя технику при накатке мегакилометража, совершенствуя скоростно-силовые качества на «отрезках»-ускорениях, только-только начали втихаря поддрачивать, удовлетворяя пробуждающуюся удивительную похоть. Настоящих баб ебать было некогда, мотивация в другую сторону направлена была.
Летом 1983 года в городе Гомеле (областной центр на юге Белоруссии) проводилось открытое первенство Центрального Совета ДСО "Спартак". По-житейски – первенство Союза по "Спартаку". Для нас с Лешей это был суперуровень, на такие "крупные" соревнования мы попали впервые. Мы –молодые круглолицые юнцы, только пух на губах начал пробиваться. А большинство участников соревнований, хотя и старше-то на год-другой, но выглядят как взрослые мужчины с "кулаками с помойное ведро", соревноваться с ними – что против ветра ссцать. Впечатляли москвичи, в команде которых даже девушки имеют плечи полутораметрового разворота, совсем пугали стадевяностосантиметровые хохлы с нетримингованными бородами, настораживают двухметровые хладнокровные казахи, прошлогодние чемпионы чего-то там…
В классе одиночек пролетели в жопу, даже в финал не попали. В двойке на дистанции 500 метров в финал пробились еле-еле, через утешительный заезд. Есть такая фишка – собирают не совсем безнадежных аутсайдеров и устраивают среди них еще один "утешительный" полуфинал, кто заезд этот выиграет, тому еще в финале дают погоняться, так вот мы в финал через утешительный-то и попали.
Финал. Выезжаем на старт – видим среди участников финала как минимум шестерых из тех мастодонтов, что на параде открытия нас больше всего впечатлили своим атлетическим видом. С одной стороны охуеваем как заведомые аутсайдеры. С другой стороны, а чего охуевать, не получится проехать по призам – ну и хуй с ним, получится на следующий год. Хотя неплохо было бы хотя бы по призам проехать. Потому что призерам таких соревнований могут и мастера спорта присвоить (можно гордо называть себя "Мастер Спорта Всего Советского Союза"), бабло потом в молодого мастера станут вкладывать… На старте заминка какая-то, то ли судья финишный забухал и на линию не вышел, то ли еще какая херня, но отмашку с финиша никто не дает. Стартёр (судья на старте) командует покататься поблизости от старта, далеко не сваливать. Все на нервяке, мандраж не только у молодых, не случайно после таких заминок фальстартов дохуя случается, нервничать свойственно всем. И тут мой друг, однокашник, а тогда загребной каноэ-двойки Леша начинает нести какую-то хуйню. Помнишь, говорит, мы с тобой в пятом классе девочку такую-то вдвоем любили, выебать её мечтали? – Блядь, Леша, говорю я, делать тебе нехуя, сейчас об этом вспоминать, думай, как темп на дистанции распределять будешь. – Погоди, не ругайся, – Леша свое гнет. Дальше рассказывает, как перед отъездом в Гомель на эти соревнования он (Леша) ту самую девушку случайно на улице встретил. Она, говорит, совсем охуенная красавица стала. Читала о нас в газетах, видела как вся наша 26-я школа, откуда мы в спортинтернат ушли, теперь нами гордится. Ну да, выиграли мы к своим шестнадцати годам пару республиканских соревнований, и школе, которая нас в спорт "отдала", при Советском Союзе специальные отдельные грамоты тогда за это вручили. И еще девушка та, по Лёшиным словам, ему сказала, что у нее, мол, чувства и к Леше, и ко мне, Барсуку то есть, пробудились недецкия, смущает её только, что она никак с выбором кавалера определиться не может. Пытаюсь набрать воздуха чтобы эту хуйню необычную переварить, тут как раз матюгальник вызывает на старт.
На старте полгребка теряем, но уходим, как ни странно, почти вровень с лидерами. Метров через сто начинаю давить на плотность гребка, намекая Леше что добавлять пора. Леша удивляется (рано еще добавлять вроде), в то же время, поскольку чувствует качественный подхват, начинает раскручиваться как на старте. Еще метров через сто у меня грудь начинает гореть – не по правилам так рано рывок начинать, полдистанции еще впереди. Только похуй пылающая грудь, подхват продолжаю, сам не понимаю как. Весло, которое мне, как молодому кандидату в мастера спорта, накануне дубовыми вставками укрепили, начинает сгибаться, сухожилия вот-вот трещать начнут. Мой загребной, мой кореш Леша, первым увидел, что мы уже на полкорпуса впереди всех. И уже осознанно начинает темп добавлять еще больше. И тут я понимаю, что эту гонку можно и нужно выиграть. Потому что в лучах славы советского спорта купаться тогда мы станем еще больше, и любимая нами бывшая одноклассница наверняка кому-то из нас точно даст. И еще я понимаю, что если я вдруг стану сейчас "подмахивать" хуже, Леша этого потом никак не поймет, хотя прекрасно знает, чтО такое – жжение в груди задолго до финиша. И мы заканчиваем дистанцию не снижая темпа, с заметным отрывом от остальных, корпуса полтора. Вкус крови во рту – десны начали кровоточить. Леша тянет ко мне руку – поздравляет – видит, что моя козырная ярко-зеленая командная футболка вся в крови (из носа накапало), снова начинает пиздеть какую-то хуйню типа "не ссцы, нам еще много таких футболок выдадут", и я начинаю понимать, что мы таки выиграли этот финал, что мы таки оставили в глубокой жопе всех атлетов-"мастодонтов" и что какая-нибудь девушка в ближайшее время нам точно и обязательно даст.
Это было в 1983 году. На тех же соревнованиях мы так же успешно выиграли еще и "тыщу" (1000 м), и еще много чего потом выиграли. Весело тогда жилось, народу похуй было на многие нынешние прелести жизни.
А в 1993 году Лешу убили случайные бобруйские хулиганы. Забили насмерть в неравной драке трое против одного. Дрался он неплохо, вот и не позволил себе просто лечь и пизды получить.
Подробно об обстоятельствах смерти в другом реквиеме:
http://barsukoff.livejournal.com/15455.html
По паспорту его звали Олег, Лешей друзья называли. Настоящий друган был. Сейчас я к нему только раз года в три выбираюсь на кладбище, могилку там подграблить и все такое…

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
kansler_
Nov. 8th, 2004 12:59 pm (UTC)
Что ж,жизнненно!
_many_
Nov. 8th, 2004 02:33 pm (UTC)
Жизненно, да.
И - грустно.
Всегда так: нам, шебутным, долго не живется.
Разве что некоторым, особо везучим.
barsukov
Feb. 8th, 2010 09:38 pm (UTC)
P.S.
C девушкой он, Лёша-то, наебал меня, как потом оказалось:-)
( 3 comments — Leave a comment )